Библиотека культуролога

22 >

стороны   одной  и  той  же   жизненной   правды  --   той  самой,   которая
противополагается узкобиологическому  жиз­непониманию. Сущность этого нового
мироощущения как нельзя лучше передается  сло­вами св. Исаака Сирина. По его
объяснению,  признак  сердца милующего есть "возгорение  сердца у человека о
всем творении,  о челове­ках, о птицах, о  животных,  о демонах  и о
вся­кой
твари. При воспоминании о них и при воззрении на них очи у человека источают
слезы.  От великой  и  сильной  жалости,  объем­лющей сердце, и от  великого
страдания сжи­мается сердце его, и  не может оно вынести, или  слышать,  или
видеть какого-либо вреда или малой печали, претерпеваемых тварью. А посему и
о  бессловесных, и  о врагах исти­ны,  и  о делающих  ему  вред  ежечасно со
сле­зами приносит молитву, чтобы сохранились они  и были помилованы; а также
о  естестве  пресмыкающихся  молится  с  великою  жало­стью, какая  без меры
возбуждается в сердце его до уподобления в сем Богу".2
     В этих словах мы имеем конкретное изоб­ражение того нового плана бытия,
где закон  взаимного  пожирания  существ побеждает­ся в самом своем корне, в
человеческом  сер­дце, через любовь и жалость.  Зачинаясь в че­ловеке,
новый
порядок  отношений  распрос­траняется  и на  низшую тварь. Совершается целый
космический  переворот: любовь и жа­лость открывают в человеке начало  новой
твари.  И эта новая  тварь находит  себе изоб­ражение в иконописи:
молитвами
святых храм  Божий  отверзается  для  низшей твари, давая  в  себе  место ее
одухотворенному об­разу.  Из  иконописных  попыток --  передать  это видение
одухотворенной твари-- упомя­ну  в особенности о замечательной иконе пророка
Даниила среди львов, хранящейся в петроградском музее императора Алексан­дра
III. Непривычному глазу могут  показать­ся наивными эти  чересчур нереальные
львы,  с  трогательным благоговением смотрящие на  пророка.  Но в  искусстве
именно  наивное не­редко граничит с гениальным. На самом деле несходство тут

Следующая

22 >