Библиотека культуролога

47 >

ассиста,  значит, и  самый  пурпуровый  Ее Лик  является  ико­нописцу  среди
блистания солнечных лучей.
     Сопоставим  этот  Лик  с  Ликом  прославлен­ного  Христа,  сидящего  на
престоле.  Не  оче­видно  ли, что было бы кощунственным  пи­сать пурпурового
Христа! Почему же неуместное в отношении к Христу столь  уместно и прекрасно
по отношению к  Софии? Отто­го,  что в  солярном круге иконописной  мис­тики
Христу-Царю не подобает какой-либо иной цвет,  кроме  высшего  в царственной
иерархии цветов: то -- ослепительный свет немеркнущего  дня. Напротив, Софии
имен­но,  ввиду  Ее  подчиненного  значения в  небесной  иерархии,  подобает
пурпур, предваряю­щий высшее солнечное откровение.
     В  русской  иконописи  это  --  не единствен­ный  случай, когда  пурпур
отмечает собой соприкосновение  солнечного света со тьмою. В собрании  И. С.
Остроумова  есть замечательная  икона Преображения  устюж­ского  письма  XVI
века,  где  можно наблюдать  аналогичное явление. Обыкновенно  Преоб­ражение
пишется на дневном светлом фоне. Между тем в названной иконе оно изобра­жено
на ночном фоне звездного неба, при­чем  Фаворский свет будит спящих во мраке
апостолов.4  И что же, в этом ночном изобра­жении цветовая  гамма
резко   отличается  от  красок,   употребляемых  в  других  дневных  
иконах
Преображения. Фаворский свет в новгородской иконописи всегда изобража­ется в
виде звезды,  окружающей Спасителя. В самой сердцевине этой звезды Спаситель
всегда  залит  золотом ассиста  в  соответствии  с  Евангельскими словами: и
просияло   лицо  Его,   как  солнце5*  и  т.д.  Но  края  
звезды
обык­новенно  наполняются другими небесными Цветами -- темно-синим, голубым,
зеленоватым и оранжевым. Напротив, в ночной иконе И. С. Остроухова
Фаворский
свет, сопри­касаясь с окружающим мраком, переходит не в синеву,  а в
пурпур.
И в этом выражается художественный замысел, замечательно  смелый и глубокий.
Среди   символического  ночного   мрака,   окутавшего   вселенную,   мол­ния

Следующая

47 >