Евгений Трубецкой. Три очерка о русской иконе -
84 >
конце XIV и в начале XV века занялась в России заря великого творческого
дня, была явлена победа Духа над беспросветной тьмой. Чтобы так
почувствовать красоту предвечного творческого замысла, нужно было жить в
эпоху, которая сама обладала великою творческою силою.
Есть и другая причина, которая делает мысль о "Софии" особенно близкою
XV веку: с образом Софии сочетается все та же мысль о единстве всей твари. В
мире царствует рознь, но этой розни нет в предвечном творческом замысле
Премудрости, сотворившей мир. В этой Премудрости все едино -- и ангелы, и
люди, и звери, эта мысль о мире всей твари ярко выражена уже в памятниках
конца XII века, в Дмитриевском соборе во Владимире. В замечательных
украшениях на наружной стене этого храма можно видеть среди фантастических
цветов -- зверей и птиц, собранных вокруг глашатая Премудрости Божией, царя
Соломона; эта не та тварь, какую мы видим и наблюдаем, а прекрасные
идеализированные образы твари как ее замыслил Бог, собранной в цветущая рай
творческим актом Премудрости.
Мы видели, как близка эта мысль о восстановлении райского отношения
между человеком и низшей тварью поколению, выросшему под благодатным
воздействием святого Сергия. Неудивительно, что это одна из любимых мыслей
иконописи XV века. Есть, например, много икон на слова молитвы: "всякое
дыхание да хвалит Господа", где вся тварь собирается вокруг Христа. Так в
собрании В. Н. Ханенко в Петрограде есть икона новгородского письма, где
изображен Христос, окруженный разноцветными небесными сферами с
потонувшими в них ангелами.
А под Ним, на земле, род человеческий и животные среди райской
растительности. В этой иконе и в ряде других, которые уже были мною описаны
в другом месте17, мы находим все ту же мысль о любви,
восстанавливающей целость распавшегося на части мира, все то же радостное
утверждение победы над хаосом.
В иконописи XV века в особенности ярко выступает один замечательный