Альберт Швейцер. Культура и этика -
18 >
находит в древнем Китае) с этикой миро- и жизнеотрицания (истоки и принципы
которой автор обнаруживает в древней Индии). Через всю историю
западноевропейской этики Швейцер искусственно протягивает борьбу двух
указанных противоположных концепций. Этим он упрощает и искажает
действительный исторический процесс развития этических концепций в Европе.
Все этические концепции, лежащие вне указанных Швейцером двух тенденций
развития мировой этической мысли, оцениваются им либо как надэтические (как,
например, этические воззрения Гегеля), либо как социально-этические
(например, утилитаризм) и объявляются не заслуживающими серьезного внимания.
На анализ Швейцером истории этической мысли оказал сильное воздействие
исповедуемый им принцип абстрактного всеобщего гуманизма. Применяя последний
в качестве критерия для оценки этических воззрений, Швейцер зачисляет всю
античность по ведомству эгоизма. По крайней мере, до Платона этическое
мышление греков остается, по Швейцеру, замкнутым в кругу эгоистического.
Высоко оценивает Швейцер этику поздних стоиков и раннего христианства,
называя их "озимыми всходами на ниве грядущей культуры". С высокой оценкой
этики раннего христианства связано у Швейцера нигилистическое отношение к
этическому наследию античного времени. Отсюда проистекают его жесткие и
подчас поверхностные оценки этических концепций античного времени. И тем не
менее его анализ нравственного прогресса человечества, связанного с
крушением полисного строя, возникновением понятия "человечество", рождением
этической доктрины поздних стоиков и раннехристианских общин, не является
легковесным. Он базируется на фактах, которые требуют своего исследования и
объяснения с позиций марксистско-ленинской методологии истории культурных
явлений.
Отмечая приверженность Швейцера духу этической доктрины по-своему
истолкованного христианства (Швейцер, по сути дела, на место христианского