Альберт Швейцер. Культура и этика -
34 >
появлялось ни одного всеобъемлющего мировоззрения, для которого были бы
характерны внутренняя стройность и цельность. Век философского догматизма
миновал. Истиной стала считаться лишь наука, описывающая действительность.
Всеобъемлющие мировоззрения выступали теперь уже не как яркие солнечные
светила, а лишь как кометный туман гипотез.
Одновременно с догматизмом в знаниях о мире пострадал также догматизм
духовных идей. Наивный рационализм, критический рационализм Канта и
спекулятивный рационализм великих философов начала XIX века насиловали
действительность в двояком смысле: они ставили выработанные мышлением
воззрения выше фактов естествознания и одновременно провозглашали основанные
на разуме этические идеалы, призванные изменить существующие взгляды и
условия жизни людей. Когда стала очевидной бессмысленность насилия в первом
случае, возник вопрос, насколько оправданно оно во втором. На место
этического доктринерства, считавшего современность лишь материалом для
воплощения теоретических набросков лучшего будущего, пришло историческое
толкование существующих условий, подготовленное уже философией Гегеля.
При таком складе мышления элементарное столкновение разумных этических
идеалов с действительностью было уже невозможно в прежнем виде. Недоставало
необходимой для этого непосредственности мышления. Соответственно пошла на
убыль и энергия убеждений, составляющих фундамент культуры. В итоге
оправданное насилие над человеческими убеждениями и условиями жизни, без
которого невозможно реформаторство в области культуры, оказалось
скомпрометированным, так как было связано с неоправданным насилованном всей
действительности. Такова трагическая сущность психологического процесса,
наметившегося с середины XIX века в нашей духовной жизни.
С рационализмом было покончено... а заодно было покончено и с его
детищем - оптимистическим и этическим основополагающим убеждением