Альберт Швейцер. Культура и этика -
49 >
велась борьба против исторически обусловленной внешней власти. Ныне речь
идет о том, чтобы побудить миллионы индивидов сбросить с себя
собственноручно надетое ярмо духовной несамостоятельности. Может ли
существовать более трудная задача?
Мы еще не прониклись сознанием нашей духовной нищеты. Из года в год
неуклонно совершенствуется распространение коллективных мнений при
одновременном исключении индивидуального мышления. Практикуемые при этом
методы достигли такого совершенства и получили такое признание, что отпадает
необходимость предварительно оправдывать любую попытку внедрить в
общественное мнение даже самую бессмысленную идею, когда она представляется
уместной.
Во время войны дисциплинированность мышления стала совершенной, и
пропаганда в те годы окончательно заняла место правды.
С отказом от независимости своего мышления мы утратили - да иначе и
быть не могло - веру в истину. Наша духовная жизнь дезорганизована.
Сверхорганизованность вашей общественной жизни выливается в организацию
бездумья.
Отношения между индивидом и обществом подорваны не только в
интеллектуальном, но и в этическом плане. Отрекаясь от собственного мнения,
современный человек отказывается и от собственного нравственного суждения.
Чтобы признать хорошим то, что общество словом и делом выдает за таковое, и
осудить то, что оно объявляет дурным, он подавляет рождающиеся в нем
сомнения, не проявляя их ни перед, другими, ни перед самим собой. Нет
побуждения, над которыми не восторжествовало бы в конечном счете его чувство
принадлежности к коллективу. В результате он подчиняет свое суждение
суждению массы и свою нравственность нравственности массы.
Особенно склонен он извинять все бессмысленное, жестокое,
несправедливое и дурное в действиях своего народа. Подавляющее большинство
граждан наших бескультурных культурных государств все меньше предаются