Альберт Швейцер. Культура и этика -
50 >
размышлениям как нравственные личности, дабы не вступать беспрестанно во
внутренние конфликты с обществом и заглушать в себе все новые побуждения,
идущие вразрез с его интересами.
Унифицированное коллективное мнение помогает им в этом, поскольку оно
внушает, что действия коллектива должны измеряться не столько масштабом
нравственности, сколько масштабом выгоды и удобства. Но в результате
становятся ущербными их души. Если среди наших современников встречается так
мало людей с верным человеческим и нравственным чутьем, то объясняется это
не в последнюю очередь тем, что мы беспрестанно приносим свою личную
нравственность на алтарь отечества, вместо того чтобы оставаться в оппозиции
к обществу и быть силой, побуждающей его стремиться к совершенству.
Итак, не только между экономикой и духовной жизнью, но также и между
обществом и индивидом сложилось пагубное взаимодействие. В век рационализма
и расцвета философии общество давало опору индивиду, вселяя в него глубокую
уверенность в торжестве всего разумного и нравственного, которую оно
неизменно рассматривало как нечто само собой разумеющееся. Людей того
времени общество поднимало, нас оно подавляет. Банкротство культурного
государства, становящееся от десятилетия к десятилетию все более очевидным,
губит современного человека. Деморализация индивида обществом идет полным
ходом.
Несвободный, обреченный на разобщенность, ограниченный, блуждая в
дебрях бесчеловечности, уступая свое право на духовную самостоятельность и
нравственное суждение организованному обществу, сталкиваясь на каждом шагу с
препятствиями на пути внедрения истинных представлений о культуре - бредет
современный человек унылой дорогой в унылое время, Философия не имела
никакого представления об опасности, в которой находился человек, и не
предприняла никакой попытки помочь ему. Она даже не побудила его задуматься
над тем, что с ним происходит.
Страшная правда, заключающаяся в том, что по мере исторического