Альберт Швейцер. Культура и этика -
62 >
для него совершенно не характерен подлинно деловой и здравый подход к
решению любых вопросов внешней и внутренней политики. Ибо национализм по
своей сущности не только эгоистичен, но и энтузиастичен. Его реальная
политика представляет собой стимулируемую народной страстью,
догматизированную и идеализированную переоценку отдельных территориальных и
экономических проблем, затрагивающих интересы масс. Он отстаивает свои
требования без сколько-нибудь осмысленного определения их реальной ценности.
Стремясь заполучить богатства, стоившие миллионы, современные государства
обременяли свою экономику вооружениями, поглощавшими миллиарды. В благом
намерении позаботиться о защите и расширении торговли они облагали последнюю
поборами, угрожавшими ее конкурентоспособности в большей степени, чем все
мероприятия противника.
Итак, на деле реальная политика была нереальной, потому что из-за
примешавшегося народного пристрастия делала неразрешимыми простейшие
вопросы. Напоказ она выставляла экономические интересы, а про запас держала
националистические идеи величия и преследования "врагов" нации.
Ради усиления своей мощи каждое культурное государство брало себе в
союзники всех, кого только могло. В результате полуцивилизованные и совсем
нецивилизованные народы стали использоваться в эгоистических интересах
одними культурными народами против других. Но помощники не довольствовались
отведенной им ролью слепых орудий. Они во все возрастающей степени влияли на
ход событий, пока не приобрели власти предписывать культурным народам
Европы, когда следует выступить ради них друг против друга. Таково было
возмездие за то, что мы отказались от собственного достоинства и принесли в
жертву бескультурью последние остатки того общего достояния, которым некогда
располагали.
Показательным для нездоровой сущности так называемой реальной политики
национализма было стремление во что бы то ни стало прикрыться розовым флером