Альберт Швейцер. Культура и этика -
74 >
замену греко-римской культуры культурой Ренессанса и Просвещения и, выводя
из этого в качестве непреложного результата факт рождения новых культур на
месте старых, дряхлеющих, считать подобный процесс прогрессом. Но обобщающий
вывод из этого наблюдения страдает существенными недостатками. Истолкование
последовательных взлетов и падений в духе неуклонного подъема возможно
только потому, что в данном случае принимаются во внимание новые народы,
испытавшие лишь поверхностное влияние упадочной культуры и сказавшие затем
свое собственное веское слово. На деле же наша культура родилась не как
органическое продолжение греко-римской культуры, хотя и делала первые шаги
на костылях, унаследованных от последней, а как реакция здорового духа на
воспринятые от предшественницы использованные идеи. Сущность процесса
составляли сочетание и взаимодействие "изношенных" идей с "неизношенными"
идеями "неизношенных" народов.
Ныне же любое мышление в мире истощает себя в использованных идеях
нашей отжившей культуры или - как у индийцев и китайцев - нашей и других
отживших культур. И, следовательно, взлеты и падения будут оставаться
звеньями не неуклонного прогресса, а неудержимого регресса... если не
удастся использованные идеи вновь сделать неиспользованными.
Еще одна большая трудность на пути возрождения культуры состоит в том,
что этому возрождению суждено найти выражение только во внутренних событиях,
а не во внутренних и внешних одновременно. Тем самым отпадает способствующее
успеху взаимодействие между материальным и духовным. Начиная с эпохи
Ренессанса до середины XIX столетия люди, возводившие здание культуры, ждали
прогресса в духовной сфере от достижений в совершенствовании общественных и
государственных институтов. Требования обоих видов фигурировали на равных в
их программе и являлись одинаково важными объектами их деятельности. Работая
над преобразованием институтов общественной жизни, люди того времени были