Альберт Швейцер. Культура и этика -
81 >
убеждения из такого мировоззрения и обычно в большей или меньшей степени
ориентируются на тон, задаваемый их временем, прислушиваются к ведущим
голосам своей эпохи.
Но кому принадлежат эти голоса? Личностям, которые участвовали в
формировании мировоззрения общества и затем вывели из него более или менее
ценные идеи, пользующиеся авторитетом нашего поколения. В итоге все мысли и
идеи как индивидов, так и общества как-то причастны к господствующему
мировоззрению. Каждая эпоха - сознательно или подсознательно - живет тем,
что родилось в головах мыслителей, влияние которых она на себе испытывает.
Платон не прав, когда утверждает, что мыслители должны быть кормчими
государства. Характер их господства над обществом иной - более высокий, чем
простое издание законов и распоряжений и осуществление официальной власти.
Они - офицеры генерального штаба, которые в уединении глубоко и всесторонне
обдумывают предстоящие сражения. Те же, кто играет роль в общественной
жизни, являются нижестоящими офицерами-практиками, воплощающими содержание
директив генерального штаба в конкретные приказы частям и подразделениям: в
такое-то и такое время выступить, туда-то и туда следовать, такой-то и такой
пункт занять. Кант и Гегель властвовали над умами миллионов людей, которые
за всю свою жизнь не прочли ни одной строчки их сочинений и даже не
подозревали, что повинуются им.
Те, кто занимает общественные командные посты - крупные и мелкие, -
могут реализовать только то, что имеется в мышлении эпохи. Инструмент, на
котором им надлежит играть, изготовлен не ими - они просто приставлены к
нему. Исполняемую вещь тоже сочиняют не они - им предлагаются уже готовые
ноты. Они ничего не могут изменить в предложенной пьесе, их задача - более
или менее умело воспроизвести ее. Если пьеса лишена смысла, они не в
состоянии существенно улучшить ее; если она хороша, они не могут
сколько-нибудь значительно ухудшить ее.