Альберт Швейцер. Культура и этика -
91 >
этическое начало в мировоззрении или то и другое вместе каким-то образом
обретали большую силу убеждения и стимулировали прогресс культуротворческих
идей. При закате культуры имеет место та же причинно-следственная связь, но
действие ее носит отрицательный характер. Здание оседает или вообще рушится,
так как оптимистический или этический фундамент его становится непрочным.
Другой причины упадка при всем желании невозможно отыскать. Все мыслимые
идеи культуры и зиждущиеся на них убеждения вырастают из оптимизма и этики.
Пока обе эти опоры сохраняют необходимую прочность и устойчивость, зданию
ничто не грозит.
Итак, будущее культуры зависит от того, под силу ли окажется мышлению
прийти к мировоззрению, способному обосновать оптимизм, то есть миро- и
жизнеутверждение, и этику более надежно и в более элементарной форме, чем
мировоззрения предыдущих эпох.
Нельзя сказать, что мы, люди западного мира, никогда не задумывались
над проблемой соответствующего нашей жажде деятельности и очищающего ее
мировоззрения. Но мы не могли окончательно сформулировать такое
мировоззрение и в результате оказались в плену дезориентированной жажды
деятельности. Не давая нам возможности уяснить сущность мира и нашей
собственной жизни, дух нашего времени бросает нас в водоворот деятельности.
Непрерывно вынуждает он нас служить то тем, то другим целям, то тем, то
другим достижениям. Он умышленно разжигает в нас безудержную жажду
деятельности, дабы мы не опомнились и не спросили, что же, собственно,
общего имеет эта самозабвенная преданность тем или иным целям и достижениям
со смыслом мира и смыслом нашей жизни. Так, подобно безродным и никогда не
трезвеющим наемникам, мы бредем без мировоззрения во все более сгущающемся
мраке жизни, готовые одинаково преданно служить и возвышенному, и низкому. И
чем безрадостнее складываются условия в мире, где неистовствует эта
авантюристическая жажда действий и прогресса, тем сумбурнее образ мыслей и