Альберт Швейцер. Культура и этика -
94 >
во всех отношениях распадается как единое целое. Но тем не менее только
такое самоуглубление людей в состоянии породить силы, способные преодолеть
все эти препятствия и эту нищету. Любые другие попытки в этом направлении -
меры сомнительные и совершенно недостаточные.
Когда весной прошлогодняя трава лугов уступает место свежей зелени,
происходит это потому, что корни растений пускают миллионы новых побегов.
Так и для обновления идей, столь необходимого нашему времени, возможен
только один путь: все люди должны обновить свои убеждения и идеалы, выведя
их из размышлений о смысле жизни и о смысле мира.
Но есть ли гарантия, что удастся инстинктивно присущее нам миро- и
жизнеутверждение превратить с помощью мышления в миро- и жизневоззрение,
которое явится постоянным и надежным источником силы для осмысленной жизни и
деятельности? Почему мы должны совершить то, над чем тщетно бились прежние
поколения?
Даже если вновь пробуждающееся мышление придет лишь к несовершенному и
неудовлетворительному мировоззрению, то и это мировоззрение как истина,
добытая ценою больших усилий, будет представлять прогресс по сравнению с
безмировоззренческим состоянием или с каким-либо авторитарным
мировоззрением, которое мы вопреки требованиям мышления поддерживаем лишь в
силу его внутренних достоинств, не испытывая по-настоящему глубокой и
искренней преданности.
Началом любой полноценной духовной жизни является непоколебимая вера в
истину и открытое исповедание ее. Даже самое глубокое религиозное чувство не
преступает пределов мышления, а непременно коренится в нем, если только
достаточно глубоко уходит в себя.
Ценно уже само по себе размышление о смысле жизни. Если оно вновь
станет доступным нам, окончательно поблекнут все внушенные тщеславием и
страстями идеалы, которые, подобно зловредным сорнякам, буйно разрастаются в
убеждениях масс. Насколько выиграли бы нынешние условия жизни людей, если бы