Вадим Руднев. Словарь культуры XX века -
71 >
самой культуры такое понимание В. совершенно нехарактерно.
Феномен неомифологического сознания (см. ) в начале ХХ
в. актуализировал мифологическую циклическую модель В., в
которой ни один постулат Рейхенбаха не работает. Это
циклическое В. аграрного культа нам всем знакомо. После зимы
наступает весна, природа оживает, и цикл повторяется. В
литературе и философии ХХ в. становится популярным архаический
миф о вечном возвращении. Он пронизывает произведения Ф. Ницше,
О. Шпенглера (учение о повторяющихся циклах), А. Дж. Тойнби, Л.
Н. Гумилева. Его исследует художественная литература ("В
поисках утраченного времени" М. Пруста, "Волшебная гора"
Т. Манна, "Школа для дураков" С. Соколова, "Сто лет
одиночества" Г. Маркеса).
Однако было и другое, нециклическое понимание В. в ХХ в.,
оно было также линейным, но "стрела времени" (выражение физика
Артура Эддингтона) в нем повернута в противоположную сторону.
Это семиотическая, или эсхатологическая, концепция В.
Рассмотрим два предложения:
Завтра будет дождь.
Завтра будет вторник.
Первое высказывание принадлежит энтропийному В. Второе
высказывание принадлежит семиотическому В. Вторник (если
сегодня понедельник) наступит завтра с необходимостью.
Семиотическое В. направлено в противоположную сторону. Такое
понимание В. возникло в период ранней христианской философии у
основателя философии истории, в современном смысле этого
выражения, Св. Августина Аврелия (IV в. н. э.). В трактате "О
Государстве Божьем" и в "Исповеди" Августин рассматривает
историю как драму. Завязка драмы (начало истории человечества)
- это грехопадение. Бог тогда наказал людей, заставив их жить в
энтропийном В., то есть лишил их бессмертия. Но пришел Иисус,
чтобы искупить все человеческие грехи, в том числе грех
рождения людей друг от друга не по велению Божьему (недаром сам
Он был рожден непорочным зачатием), и вновь повернул В. в