Вадим Руднев. Словарь культуры XX века -
94 >
углубленному, но "узкому" интеллекту, во всем видящий символы,
разгадывающий преступление. Как правило, этический момент в
этом субжанре Д. редуцируется - в предельном случае убийцей
оказывается сам сыщик, как в романе Агаты Кристи "Убийство
Роджера Экройда" (см. экстремальный опыт).
Второй хронологической (1920-е гг.) (и практически во всем
противоположной первой) разновидностью Д. был американский
"жесткий" Д. Дэшила Хэмита. Здесь все не так. Пространство
очень часто меняется. Сыщик активно вовлечен в перипетии
интриги, он часто действует с помощью пистолета или кулака,
иногда его самого избивают до полусмерти. Убийцей в таком Д.
может оказаться кто угодно, вплоть до ближайшего друга, как в
романе Д. Хэмита "Стеклянный ключ". Поиск истины здесь
проводится отнюдь не при помощи дедуктивных аналитических
процедур и сама истина оказывается синонимом не справедливости,
а хитрости, силы и ловкости ума. Это прагматический Д. Истина в
прагматизме - это "организующая форма опыта" (формулировка
русского философа-прагматиста А. А. Богданова). С
характерологической точки зрения это эпилептоидный Д. (см.
характерология): сыщик - напряженно-агрессивный человек
атлетического сложения, очень хорошо умеющий ориентироваться в
конкретной обстановке.
Теперь, видя, как прочно массовая культура связана с
национальным типом философской рефлексии, мы не удивимся, что в
третьем (и последнем) типе классического Д. - французском -
господствует идеология экзистенциализма. Сыщик здесь,
как правило, совпадает с жертвой, а поиск истины возможен лишь
благодаря некоему экзистенциальному выбору,
личностно-нравственному перевороту. Классический автор
французского экзистенциального Д. - Себастиан Жапризо, а один
из лучших романов - "Дама в очках с ружьем в автомобиле". Герой
экзистенциального Д. не блещет ни умом, ни кулаками. Его сила -
в его душевной глубине и неординарности, в гибкости,