Вадим Руднев. Морфология реальности -
10 >
от того, куда вы едете, откуда и зачем, все, что находится вокруг, будет
приобретать или утрачивать значение.
Конечно, это только пример. Здесь не содержится никакого метода
изучения реальности как знаковой системы. Возможно, что такого метода
никогда не удастся разработать, возможно, что он и не нужен, как не нужна
карта, полностью совпадающая с реальностью.
Но эта карта, если говорить о реальности, и невозможна. Попытка
картографировать хотя бы один момент во всей реальности, как мы это сделали
в примере с поездом, обречена на провал. Нельзя одновременно и равнодоступно
охватить и описать все точки внутреннего и внешнего пространства пусть даже
одной нашей планеты. И поэтому нельзя сказать, что сейчас, в данную минуту,
что-то точно существует, а чего-то нет. Потому что люди поминутно рождаются
и умирают, а те, кто живы и дееспособны, все время вольно или невольно
вводят друг друга в заблуждение. Если в данную минуту мое сознание
располагает некой суммой информации о мире, содержащейся в виде
пропозициональных установок, то только это говорит об определенной
стабильности мира во мне и вокруг меня. Это те самые границы моего мира,
которые совпадают с границами моего сознания, и о которых писал Витгенштейн.
Можно ли сказать, что если человеку, находящемуся в глубокой депрессии,
мир кажется ужасным, то он в действительности ошибается? Можно ли сказать,
что умирающему только кажется, что мир уходит, но в действительности он
остается? Можно ли сказать, что, если ребенок плачет, то ему только кажется,
что все так непоправимо, а на самом деле в действительности все хорошо?
Представим себе психотика-параноика. Он идет по улице, как по минному
полю. Ему кажется, что отовсюду ему угрожает смертельная опасность.
Проходящий человек как-то странно посмотрел (конечно, следят!), вот-вот
из-за угла вынырнет машина (надо быть начеку, ведь все подстроено!). Дорожки