Библиотека культуролога

4 >

 
Наверное нет конца тому, что можно рассказать об этом большом, ярком и
удивительно современном для разных времен композиторе. В этих "Беседах" о
многом, но не обо всем. Искажений вроде "литературных переводов" нет. Есть очень
незначительные купюры: композитор, отвечая, всегда размышлял, и поэтому
отдельные слова (редко фразы) повторялись или заменялись им на более удачные;
некоторые мысли обрывались в своем изложении: им не находилось продолжения; либо
они опять же казались композитору неубедительными, не точно выражающими суть
возможного ответа -- вот этого всего в данном тексте "Бесед" нет. В то же время,
когда повторения слов, предлогов и даже фраз все же остаются в ответах
композитора, то это повторения необходимые, сохраняющие в себе то живое, что
связано с самим "разговорным обликом" композитора: с той манерой его речи, в
которой слышатся его искренность, стремление убедить в чем-то своего
собеседника, а иногда и юмор, и легкая ирония, и вообще многое из того, что даст
каждому из читателей "Бесед" почувствовать себя рядом с этим исключительно
доброжелательным, искренним и умным человеком, до крайности самокритичным и
строгим к себе и своему творчеству и, напротив, очень добрым к ошибкам других
людей и умеющим радоваться их успехам.
 
В "Беседах" композитору задается много вопросов. Среди них встречаются и
те, что в свое время были поставлены перед Игорем Стравинским, Паулем Хиндемитом
и Арнольдом Шенбергом. Есть Здесь и вопросы, на которые отвечает в
"Автобиографии" Сергей Прокофьев или давал ответы Дмитрий Дмитриевич Шостакович.
И здесь особый интерес для спрашивающего представляла возможность сравнить
решения тех или иных проблем, предлагаемые, с одной стороны, композиторами, уже
получившими свое мировое признание, а с другой, композитором, еще стоявшим в
1976 году только на пороге этого признания.
 
В "Беседах" есть и информация, которая отчасти уже известна из других
публикаций об Альфреде Шнитке, но характер ее подачи здесь, ход мысли в
воспоминаниях и суждениях композитора, идущих к нам из 1976 года, одного из
последних годов неизвестности, непризнания его творчества, делает эту информацию
интересной не только как саму по себе, но и в ретроспективном отношении. Все то,
что получило со временем новые оттенки в оценках самого композитора, теперь
может быть ею дополнено, поможет открыть в ней иные грани, подтексты, а все это
вместе позволит проследить эволюцию мировоззрения, художественных и
технологических пристрастий Альфреда Шнитке, позволит увидеть в этой эволюции
самое главное -- удивительную гармоничность личности композитора Альфреда
Гарриевича Шнитке: гармоничность его мыслей и творческих исканий, гармоничность,
которая оказалась на редкость жизнестойкой, несмотря на тяжелейшие испытания,
выпавшие на его долю, на его творчество, на судьбу его произведений,
гармоничность, которая, к нашей большой радости, и сейчас вновь и вновь оживает
в Музыке его неиссекающего вдохновения.

Следующая

4 >