Библиотека культуролога

44 >

И так во всем - путаница. Я,
родившийся в Энгельсе,
в центре Республики немцев Поволжья, но не высланный, как все немцы. Мать -немка, а отец - еврей, хотя и Шнитке. Как будто бы сделано
все, чтобы я был в таких
обстоятельствах, которые не
дают никакого шанса быть евреем - я и языка не знаю еврейского. Знаю лишь
некоторые слова. И родной язык - русский,
хотя немецкий - очень примитивный - я изучил раньше...

- И в какую же сторону тебя больше тянет? 

А.Ш. Ты задаешь тот
вопрос, который я себе уже не
задаю. Знаю точно, что меня не
тянет в Израиль. А куда больше - в Россию,
или Германию - не знаю... Мне нет дома на Земле, я это понял. В России я - еврей или немец.
Попав в Германию, тут же
начинаю ощущать то, что меня
от немцев отделяет. Причем втройне отделяет - как происходящего из
России, как
еврея, не знающего
еврейского, и как родившегося
в немецкой области, но в СССР.
Там я - русский композитор.

- Ты считаешь это справедливым?
А.Ш. Если говорить
серьезно: знаешь ли ты мотивировку,
с которой Соня Губайдулина получила премию в Монте-Карло?
Мотивировка была такая, что ее
музыка - ярко национальна и обладает типичными русскими чертами.
Да-да, русскими. И Денисов
пережил тo, что он зa границей
признан русским. И Соня, и даже
я.