Георгий Почепцов. История русской семиотики до и после 1917 года -
19 >
задачу. Он писал: "практическое значение теоретического языкознания должно
состоять в том, чтобы сообщить челове-
предыстория семиотики в России 20
ку убеждение в субъективном содержании слова и уменье выделить этот
элемент из объективного сочетания мысли и слова" (Потебня АЛ. Слово и
миф. С.206).
Как и А.Н. Веселовский, А.А.Потебня уделял больше внимания
материалу фольклорному, но одновременно именно он ставит перед собой задачу
раскрыть, как протекают процессы коммуникации. В этот период филология
плодотворно сочетала в себе и языкознание, и литературоведение, что
достаточно ярко воплотилось в фигуре А.Потебни.
* * *
Какие же общие выводы мы можем сделать? Что позволило нам внести эти
три имени в список предшественников семиотики в России в XIX веке? Сразу же
следует подчеркнуть, что этот список может быть продолжен. В нем следует
упомянуть Ф.Ф. Зелинского, И.А.Бодуэна де Куртенэ, Ф.Ф.Фортунатова.
То есть уже наличествует достаточно общая тенденция, и нам следует ее более
четко сформулировать.
Во-первых, это сильная теоретичность обобщения, больший отрыв от
материала, чем это происходит в обычной работе. Еще нет пресловутого
переноса методов и анализов на совершенно иной материал, как это имеет место
в семиотике в 60-е годы, когда усиленному изучению могло подвергнуться все:
мода, карточная игра, пища и т.п. Тогда И.Рввзин иронично определил
объект семиотики как то, что можно изучать методами лингвистики. Но метод
уже достаточно четко отрывается от материала, он готов к подобному переносу,
просто еще нет соответствующей традиции. Мы видим, что хорошая теоретичность
вырывает данную теорию из данного материала, распространяя ее на иные
области.
Во-вторых, теоретичность задает гораздо большую системность,
структурность. Особенно ярко это видно на примере
Н.В.Крушевского. Хорошая модель не только позволяет описывать другой
