Георгий Почепцов. История русской семиотики до и после 1917 года -
35 >
Все это чистой воды семиотика, значимость этих наблюдений еще больше
возрастает, поскольку речь идет о центральных для функционирования общества
понятиях и структурах. П. А.Сорокин рассматривает возможные цепи
проводников различных видов, очень интересно показывает, как
двигательно-мимические проводники (жесты) меняют типы поведения человека.
"Человек, выступающий в определенной общественной роли, например, в роли
жреца, вождя, судьи, облачаясь в свою символическую одежду, надевая на себя
соответствующие атрибуты (например, судейскую цепь, священное облачение,
парадный мундир и т.д.), окруженный предметными проводниками (обстановка
храма, судебного зала, парламента и т.д.), часто совершенно трансформируется
и перестает походить на самого себя, каким он бывает в частной жизни, вне
этих атрибутов. Губернатор, король, жрец, комиссар имеют одно "я" в частной
жизни и трансформируются в совершенно нового человека -- и по манерам, и
жестам, и голосу, и переживаниям, отличного от первого "я", -- когда они
находятся "при исполнении своих служебных обязанностей". В первом случае они
бывают просты, вежливы, искренни, сердечны, во втором -- появляется
предыстория семиотики в России 34
важное лицо, властные движения, чопорность, напыщенность;
сентиментализм и мягкость заменяются формализмом, сухостью и порой
бессердечной жестокостью" (Там же. С.183). И далее: "С этой точки
зрения не случайным является факт установления культа, обрядов, слов, форм
одежды и т.д., фигурирующих во всех сферах общественной жизни -- в области
религии, права, военной, педагогической, политической и т.д." (Там
же. С. 183-184).
Семиотика сегодня, как нам кажется, не решила эту проблему влияния
контекста на знак, поскольку занята обратным влиянием. П.А.Сорокин
подчеркивает: "После сказанного не будет парадоксом положение: перемените у
ряда индивидов форму, лишите их внешних символических знаков -- погон,