Георгий Почепцов. История русской семиотики до и после 1917 года -
43 >
// Богданов А.А. Всеобщая организационная наука (тектология). - Л.; М.,
1929. - 4.3. С.141).
1.4. ПРАВОСЛАВНЫЙ КОМПОНЕНТ
Значимость тех или иных исходных составляющих русской семиотики
по-разному может оцениваться исходя из нашего сегодняшнего состояния. Но мы
должны окунуться в мир исходных представлений, достигнув элементов
"нулевого" с точки зрения возникновения семиотики времени. И тогда с
несомненностью следует прикоснуться к проблеме религиозных оснований.
Отторгнутый от привычных корней современный человек -- отнюдь не образец
того времени. Иной мир начала века имел иные законы. И в качестве примера мы
начнем не с П.А.Флоренского, для которого уже значимой была
религиозная семиотика, и не с В.С.Соловьева, который считается
основателем всей русской религиозной философии. Наше рассмотрение мы начнем
с Сергея Николаевича Булгакова (1871-1944), пытаясь показать, что в
рамках его религиозной философии, софиологии (а в этом ряду окажутся
и С.Л.Франк, и Л. П. Карсавин, и ряд других личностей) и стоит
искать те общие теоретические интересы, которые затем могли реализовываться
в виде частного анализа литературных текстов. "Единая Истина чужда
дискурсивному знанию" (Булгаков С.Н. Философия хозяйства //
Сочинения: В 2-х т. - М., 1993. - Т. 1. С. 174), - писал в "Философии
хозяйства" этот мыслитель.
"Философия хозяйства" была его докторской диссертацией. Сам же путь
С.Н.Булгакова передает название другой его книги: "От марксизма к
идеализму". Объект данного исследования заключался в том, что "явления
хозяйственной жизни обладают качеством повторяемости или типичности" (Там
же. С.268). Этот переход к типическому как единственно возможный
одновременно несет в себе отрицательные последствия. "Все индивидуальное
погашается, умирает еще за порогом социальной науки, и туда не доносятся