Георгий Почепцов. История русской семиотики до и после 1917 года -
8 >
степень свободы, свойственная единице синтаксической, сменяется на степень
несвободы, свойственной единице лексического уровня. "Из ряда эпитетов,
характеризующих предмет, -- пишет А.Н.Веселовский, -- один
какой-нибудь выделялся как показательный для него, хотя бы другие были не
менее показательны, и поэтический стиль долго шел в колеях этой условности,
вроде "белой" лебеди и "синих" волн океана" (.Веселовский А.Н.
Собрание сочинений. Том первый Поэтика (1870-1899). СПб., 1913. С.454).
Смена эпохи приводит к постепенной смене символизаций. "Когда в
поэтическом стиле отложились таким образом известные кадры, ячейки мысли,
ряды образов и мотивов, которым привыкли подсказывать символическое
содержание,
теоретический компонент 11
другие образы и мотивы могли находить себе место рядом со старыми,
отвечая тем же требованиям суггестивности, упрочиваясь в поэтическом языке,
либо водворяясь ненадолго под влиянием вкуса и моды. Они вторгались из
бытовых и обрядовых переживаний, из чужой песни, народной или
художественной, наносились литературными влияниями, новыми культурными
течениями, определявшими, вместе с содержанием мысли, и характер ее
образности" (Там же. С.455). Далее А.Н.Веселовский отмечает,
что с приходом христианства яркие эпитеты сменяются на полутона.
В целом А.Н.Веселовский выделяет эти существенные для общения
элементы, отмечая, что "поэтические формулы -- это нервные узлы,
прикосновение к которым будит в нас ряды определенных образов, в одном
более, в другом менее, по мере нашего развития, опыта и способности умножать
и сочетать вызванные образом ассоциации" (Там же. С.475).
Выделение поэтического языка, свойственное последователям
А.Н.Веселовского в школе ОПОЯЗа, заложено тоже здесь, на этих
страницах. Он писал: "Язык прозы послужит для меня лишь противовесом