Библиотека культуролога

66 >

Если верно, что яга охраняет тридесятое царство от живых, и если пришелец,
возвращаясь, ослепляет ее, то это значит, что яга из своего царства не видит
ушедшего в царство живых, вернувшегося. Точно так же и в гоголевском "Вие"
черти не видят казака. Черти, могущие видеть живых, это как бы шаманы среди
166
них, такие же, как живые шаманы, видящие мертвых,
которых обыкновенные смертные не видят. Такого шамана они и зовут. Это -- Вий
(ср. Аф. 137, 3В 100). Но проблема еще не решена. Выше утверждалось, что яга
имеет какую-то связь с обрядом инициации. Эта связь откроется перед нами
постепенно. Посвящаемый уводился в лес,
вводился в избушку, представал перед чудовищным существом, властителем смерти и
властителем над царством животных. Он спускался в область смерти, чтобы оттуда
снова вернуться "на верхний свет". Мы знаем, что он подвергался символическому
ослеплению именно в тех формах, в каких в сказках ослепляется яга и Полифем:
ему залепляли глаза. Фробениус описывает это следующим образом: "неофит с
завязанными глазами вводится в избушку. В яме замешивают густую кашу, род
раствора. Кто-нибудь из уже посвященных схватывает неофита и втирает ему эту
массу, к которой примешан перец, в глаза. Раздается ужасный вопль, а стоящие
вне хатки хлопают в ладоши и поют хвалу духу" (Frobenius 1898a, 62). Это --
далеко не единичный случай. Неверманн сообщает из Океании: "После нескольких
дней отдыха неофиты покрываются известковой кашей, так что они выглядят
совершенно белыми и не могут раскрытьглаз" (Nevermenn 1933, 26). Смысл этих
действий становится ясным из смысла всего обряда. Белый цвет есть цвет смерти и
невидимости. Временная слепота также есть знак ухода в область смерти. После
этого происходит обмывание от извести и вместе с тем прозрение -- символ
приобретения нового зрения, так же как посвящаемый приобретает новое имя. Это
-- последний этап всей церемонии, после этого неофит возвращается домой. Наряду
с отверзанием уст, рассмотренным выше, мы здесь имеем отверзание глаз. Мы знаем,
что при этом производилось и обрезание, не сохраненное сказкой, и выбивание
передних зубов, также не сохраненное. Сопоставление всех этих
действий позволяет объяснить обрезание
также как один из видов магического отверзания, которому предшествует
воздержание, так же, как отверзанию глаз предшествует искусственная слепота, а
отверзанию уст предшествует немота -- запрет слова в этих случаях
засвидетельствован. После этого юноша получает право на брак. Однако поскольку
сказкой эти явления не отражены, мы их здесь касаться не будем.