К.С.Станиславский. Работа актера над собой -
22 >
вытравить? Определил так: это общая болезнь Художественного театра... Все
это происходит потому, что слишком боятся штампов, лжи. Держатся далеко от
границы и далеко до предела большой правды и остаются в малой правде. Надо
делать иначе. Надо переходить границы правды - познавать перейденное
расстояние- по нему узнавать, где граница. А узнав, жонглировать и гулять
свободно в области правды" .
Система для того и создавалась, чтобы артист, мастер, безукоризненно
владеющий своей профессией, мог на сцене забыть "грамматику", вошедшую в его
плоть и кровь, ставшую автоматическим навыком, и "гулял свободно в области
правды". Как "гулял" Москвин - Хлы-нов, как "гулял" М. Чехов - Хлестаков,
как умел "гулять" сам Станиславский, играя Мольера, Гольдони или
Островского.
Полемика по разным аспектам искусства актера осталась в основном на
полях прочитанных Станиславским книг. Скупые пометки для себя приоткрывают,
однако, внутренний замысел системы. Не церемонясь в выражениях,
Станиславский отстаивает здесь самые дорогие и выношенные идеи. Ведь
превратному толкованию подвергались (и сейчас подвергаются!) не частности,
но самая суть его художественного мировоззрения. Отвечая Ф. Ф,
Комиссаржевскому (на полях книги "Творчество актера и теория
Станиславского"), автор системы неоднократно и в самой резкой форме
отвергает приписываемое ему сведение "творческого переживания к житейскому",
отказ от творческой фантазии в угоду "душевному". или "психологическому
натурализму". "Вся моя жизнь посвящена перевоплощению",- бросит
Станиславский короткую реплику и дальше, не сдержавшись, буквально возопит:
"Ну что за подлость... Мне нужна натуральность для сверхфантазии" .
Приставка "сверх" одна из самых любимых в театральном словаре
Станиславского. Сверхфантазия, сверхсознание, сверхзадача и даже
сверх-сверхзадача - все эти "сверх" нужны были для того, чтобы искусство