Анатолий Вержбицкий. Творчество Рембрандта -
45 >
Как и для его крупнейших предшественников и старших современников -
братьев Ван Эйк, пятнадцатый век, Питера Брейгеля старшего, шестнадцатый
век, Франса Хальса, Якоба ван Рейсдаля и Вермеера из Делфта, первая половина
семнадцатого века - живопись для Рембрандта была средством проникновения в
сущность вещей, средством познания и овладения. Преображенный под его
кистью, видимый мир сияет для нас неизмеримо ярче, глубже, полнее и
гармоничнее, чем когда мы смотрим на него в реальной действительности. Что
же могли значить для этого гения почести, слава, внимание или невнимание
власть имущих в те минуты, когда покорная его воле стихия живописи открывала
ему, как хозяину, скрытую сущность вещей!
Итак, выразительность, пластичность, монументальность, достигаемые
контрастами красок, света и тени, большое внутреннее содержание, героика -
вот первые вожделенные цели "безбородого сына лейденского мельника". В
первый же его лейденский период цели эти уже сочетаются у Рембрандта с
жаждой познать то, что изображаешь, дабы, как учил Леонардо, не уподобиться
в живописи простому зеркалу. В лейденский же период складывается у
Рембрандта и сам метод познания. Дерзания его грандиозны, и он хочет объять
все мироздание. Но он не едет даже в Италию, мотивируя свой отказ тем, что
ему жаль тратить годы молодости на путешествия, когда и по эту сторону Альп
можно познакомиться с хорошими образцами итальянского мастерства. Прежде
всего, познай человека, познай самого себя. И он изучает человека, ибо
человек - это микрокосм, то есть мир, сосредоточенный в малом, ибо человек -
это отражение мира, причем не какой-то особенный человек, а любой из нас.
Познав его до конца, познаешь главное в мире.
Рембрандт стал очень большим живописцем. Но в Лейдене это вызывало
только насмешки и издевательства окружающих. Чего ради дюжему парню целыми
днями слоняться с альбомчиком подмышкой и рисовать никому не нужные деревца