Анатолий Вержбицкий. Творчество Рембрандта -
52 >
Живопись "малых голландцев", как называют большинство живописцев -
современников Рембрандта, за исключением Хальса и Рейсдаля, поражает
разнообразием своих тем. Чинные пузатые бюргеры в черных кафтанах и
белоснежных, крахмальных воротниках, грузные матроны взирают на нас с
портретов Ван дер Гельста.
Порой мы как бы невзначай заглядываем в раскрытое окно дома, где в
глубине у очага суетится морщинистая старуха, Питер де Гох. Особенно охотно
ведут нас художники в богатые дома. Мы вступаем в опрятную, светлую горницу,
порой в отсутствие хозяев, и только по изящным туфелькам или торопливо
сброшенной бархатной кофте узнаем о ее обитательнице. Нередко мы
присутствуем при утреннем вставании дамы или кавалера. Служанки оправляют
постель, хозяйка забавляется с собачкой или умывает руки, Терборх. Порой мы
становимся нечаянными свидетелями семейных сцен. Изящной девушке доставлено
с нарочным письмо, конечно, от ее кавалера, и она с лицемерным равнодушием
пробегает глазками его строчки. Или отец делает внушение своей хорошенькой
дочке, а она с деланной покорностью выслушивает отца, кокетливо повернувшись
спиной к зрителю, чтобы ему был виден ее атласный наряд и ее белая, стройная
шейка, Терборх.
Свой досуг это светское общество охотно заполняет музыкой. Мужчины
играют на скрипке, женщины аккомпанируют на клавесине, Метсю. Порой
художники подводят нас через полутьму первого плана интерьера к ярко
освещенному сервированному столу, где сверкают, гордость дома, хрустальные
бокалы, где матовым блеском играют серебряные блюда, где аппетитно разложены
изысканные яства и свежие фрукты, Клас Хеда и Кальф.
Либо ведут на кухню, где стоят глиняные кувшины, свежеочищенная
селедка, лежит лук, Бейерен. В натюрморте Бейерена самое светлое пятно -
лежащая на столе белая салфетка. От нее словно исходит свет на другие
предметы. Благодаря рефлексам, они становятся светлее, и создается