Библиотека культуролога

19 >

колеса". Лучшая сцена книги: солдат с женой в бане, она стоит всех думских
стенограмм. Солженицын, похоже, не понимает, что подлинное почвенничество
должно ориентироваться не на Достоевского, а на Рабле. Русские люди, повторяю,
недемократичны, то есть не постмодернистичны, они не могут преодолеть уважения,
даже религиозного благоговения перед классическими образцами репрессивной
культуры, они не понимают, что "секс" важнее "сублимаций". Последним
утверждением
не отвергаются никакие старые ценности, но обнаруживаются новые, и они
сближаются; сексуальная энергия, подлежащая сублимации, осознается как
ценная, в ней нет безразличия косной материи. Сублимация и редукция не
противопоставляются мировоззрительно, а рядополагаются. Реализуется формула
Гегеля: истина не только результат, но и процесс. Если угодно, это и есть
исчерпывающая формула постмодернизма. И человек, знающий ход процесса,
то есть искушенный, к любым "результатам" отныне и навсегда будет относиться
иронически. Результатов нет, президента выбирают каждые четыре года.
Постмодернизм
это ирония искушенного человека. Он не отрицает "высокого", он только понял
смысл и необходимость (дополнительность, комплиментар-ность) "низкого"
--  собственную необходимость: в качестве эмпирически-конкретного субъекта,
протягивающего руку агностику и при этом не прикрывающегося фиговым листком.




Сканирование

Слава yankos@dol.ru




Борис Парамонов. Ной и хамы



1


Трактовка формального литературоведения
как миро-

воззрения, а не метода --
дело не очень новое. В. М. Жир-

мунский говорил в связи
с этим об эстетизме формалистов

как мировоззренческом корреляте
метода. Эстетизм в то же

время слишком часто принимает
черты не теоретического

мировоззрения только, но
и жизненной, экзистенциальной

позиции. По этому последнему
признаку формалистов впол-

не возможно причислить к
романтикам, как бы сами они

Следующая

19 >