Михаил Ямпольский. Демон и Лабиринт -
20 >
этой книги и ее редактору Сергею Зенкину. Последние несколько лет я преподаю
в Нью-йоркском университете. Многое из того, что вошло в книгу, обсуждалось
с группой аспирантов этого университета, которым я многим обязан, которых
люблю, но перечислять которых поименно было бы слишком долго. И, наконец, я
должен выразить свою благодарность персоналу и администрации Центра
гуманитарных исследований Поля Гетти в Лос-Анджелесе, создавших превосходные
условия для работы над шестой главой книги. Работа над книгой связана для
меня с радостным событием -- рождением дочери Анны, которой я и посвящаю эту
книгу.
Глава 1 КОНВУЛЬСИВНОЕ ТЕЛО: ГОГОЛЬ И ДОСТОЕВСКИЙ
1. Тело как зеркало сказа
Борис Эйхенбаум начинает свою статью "Как сделана "Шинель" Гоголя" с
описания того, как читал свои произведения сам Гоголь -- декламационно,
особенно подчеркивая ритм, интонацию, жест. Описание гоголевской
писательской декламации позволяет Эйхенбауму сделать вывод, принципиальный
для общего понимания гоголевского творчества: данный тип повествования
является "сказом":
"...Сказ этот имеет тенденцию не просто повествовать, не просто
говорить, но мимически и артикуляционно воспроизводить -- слова и
предложения выбираются и сцепляются не по принципу только логической речи, а
больше по принципу речи выразительной, в которой особенная роль принадлежит
артикуляции, мимике, звуковым жестам и т. д. < ...> Кроме того, его речь
часто сопровождается жестами <...> и переходит в воспроизведение, что
заметно и в письменной ее форме" (Эйхенбаум 1969:
309. -- Выделено мною).
Эйхенбаум определяет гоголевский сказ как "мимико-декламационный"
(Эйхенбаум 1969: 319), подчеркивает второстепенное значение "анекдота" для
Гоголя. Миметизм текста направлен совсем в иную сторону. Правда, в
цитированном фрагменте Эйхенбаум сохраняет подчеркнутую неопределенность по
поводу отмечаемой им миметической функции: текст "имеет тенденцию мимически