Михаил Ямпольский. Демон и Лабиринт -
24 >
физиологии. Именно это и делает его "автореферентным". Тело лишь резонирует
в такт себе самому.
Впрочем, можно рассматривать психомиметический процесс не столько как
противоположный пониманию, сколько как некий "регрессивный" процесс,
пробуждающий некий иной архаический тип понимания, названный, например,
немецким психологом Хайнцем Вернером "физиогномическим восприятием". По
мнению Вернера,
21
на ранних этапах развития психики взаимодействие между субъектом и
объектом принимает динамическую форму. Движущийся объект вызывает на этой
стадии прежде всего моторно-аффективную реакцию, ответственную за интеграцию
субъекта в окружающую среду. Но сама эта среда в таком контексте понимается
как нечто динамическое и пронизанное своего рода "мелодикой" Вернер пишет:
"Подобная динамизация вещей, основанная на том, что объекты в основном
понимаются через моторное и аффективное поведение субъекта, может привести к
определенному типу восприятия. Вещи, воспринимаемые таким образом, могут
казаться "одушевленными" и даже, будучи в действительности лишенными жизни,
выражать некую внутреннюю форму жизни" (Вернер 1948: 69). Незатухающая
динамика таких объектов -- а к ним могут относиться и тела литературных
персонажей -- придает этим объектам странную амбивалентность:
"одушевленность" здесь всегда просвечивает через механическую мертвенность
чистой моторики. К Гоголю это относится в полной мере.
Юрий Манн, рассматривая образы гоголевской телесности, обратил внимание
на некоторые повторяющиеся стереотипные ситуации -- прежде всего пристальное
внимание Гоголя к сценам сна и могучего гиперболического храпа, а также к
сценам еды. Манн приводит характерное описание сна Петра Петровича Петуха из
второго тома "Мертвых душ":
"Хозяин, как сел в свое какое-то четырехместное, так тут же и заснул.
Тучная собственность его, превратившись в кузнечный мех, стала издавать,
через открытый рот и носовые продухи, такие звуки, какие редко приходят в