Поль Валери. Об искусстве -
20 >
природе я не терплю никакого продвижения вперед (в чем бы то ни было), если
оно не содержит в себе и не развивает уже приобретенные качества и
возможности. Новое в чистом виде, новое только потому, что оно ново, ничего
для меня не значит".
Правда, этот "классик" вышел из школы Малларме и сам стал автором
необычных поэтических творений, которые, с их грузом фантазии, традиции и
учености, стоят на грани гениальных лабораторных опытов. Но его никогда не
прельщала роль законодателя новой поэтической секты. В творчестве и жизни
он решительно шел "вопреки главному течению века", по выражению одного
французского критика.
Отсюда, конечно, не следует, что многими сторонами своего
мировоззрения, своих вкусов, иллюзий и эстетических позиций Валери не
принадлежал вполне своему веку. Его идейные заблуждения и противоречия
могли бы дать пищу для поучительного анализа. Его поэзия, отвлеченная и
зашифрованная, неотделима от модернистской эволюции начала нынешнего века,
хотя в силу своей отрешенности она и не создала "школы" в отличие от других
современных ей движений в искусстве. И тем не менее главное состояло в
том, что как идеолог, критик, писатель он стоял по другую сторону
всевозможных анархо-декадентских течений, отражавших упадок духовной
культуры в буржуазную эпоху и провозглашавших произвол современного
"мифотворчества" и причуды "самовыражения" в противовес формам искусства и
воззрениям, унаследованным от классической или более поздней, но еще
относительно счастливой поры развития. С завидной невозмутимостью Валери
позволял себе полностью игнорировать всю эту шумную процедуру, принимавшую
временами в поэзии, литературе, изобразительном искусстве больные,
горячечные формы. Он всегда и всюду держал себя так, как если бы "последнее
слово" в искусстве оставалось за Вагнером, Малларме и Дега, и, видимо,
ставил себе это в заслугу.
Но противопоставлять себя другим, отвергать своих современников или