Поль Валери. Об искусстве -
24 >
1918-го и миром 1933-- 1937 годов. "Позавчерашний день", забытая золотая
пора символизма, откуда молодой Валери когда-то решительно бежал, обретает
теперь ореол обетованного края для искусства, которое сегодня не узнает
себя среди "перемен, выходящих за пределы всякого предвидения".
Последняя, грозная пора жизни оборвала нити этих раздумий. Новая
мировая война стала зияющим разрывом с прошлым без отчетливой надежды на
будущее. Но Валери и на восьмом десятке своих лет не может оказаться всецело
во власти отчаяния. Еще раз он напрягает всю энергию своей духовной жизни,
стремится преодолеть пучину войны, достигает цели, выходит на берег
спасения, но силы изменяют ему.
На всех этапах жизни и творчества в его позиции было много твердости
характера, много неприятия стихийных сдвигов в искусстве, много упорного
движения вопреки общему ходу вещей, против ветра модернистского века. Но
считать, будто движение это было попятным, будто оно представляло собой
движение вспять с художественно-исторической точки зрения, значило бы
совершать грубую ошибку непонимания Валери. Высокий духовный облик Валери
определяла непростая в своих предпосылках и реальных путях, но разумная и
гуманная верность прекрасному художественному наследию, его идеалам,
соизмеримая по своему значению с иными прорывами в будущее. В этом состоит
немеркнущая заслуга Валери как писателя перед французской культурой XX
столетия.
Его облик поэта окутан преданием, но и через десятилетия он сияет своим
ярким холодноватым светом высоко на небосклоне западноевропейской поэзии
нового времени. С течением лет нередко стираются в памяти живые черты
замечательных людей. Но обаяние личности Поля Валери не затуманено
временем. Он был человеком меры и мудрого такта во всем -- в искусстве, в
отношении к вещам и людям, в твердости своих принципов, в жизненном
поведении. Это была доминирующая черта его художественной натуры, его