Поль Валери. Об искусстве -
3 >
Мы не станем решать здесь предвзятый или попросту праздный вопрос: кем
был, в сущности, Валери -- лирическим поэтом, тонким эссеистом доброй
французской школы или не ведавшим того пророком некоторых духовных неврозов
нашего великого века? Тем более что предлагаемая читателю книга идет своим
путем: она не содержит ни переводов лирики Валери, ни систематического
собрания его трактатов и статей, а строится по свободному плану антологии,
охватывающей опыты и размышления писателя об искусстве и творчестве. И
пусть этот подлинный материал, становящийся впервые доступным на русском
языке, говорит сам за себя.
Далекий от претензии на полноту истины о Валери, а пуще от всякой
модернизации, автор этих строк хотел бы следовать по порядку за фактами.
Именно поэзия принесла Валери литературную известность, и в ней корень и
начало его личности и параболы его творчества.
Поэзия других стран, других языков -- трудный предмет для описания и
разбора. Он тем более труден, когда речь идет о времени коренных перемен,
целого стихийного переворота, каким было начало нынешнего века в судьбах
поэзии и каким оно отошло в литературное прошлое. Когда сегодня обращаешься
к Валери-поэту, испытываешь ощущение завершенного этапа, давно
перевернутой страницы. Среди гроз, крушений и конвульсий междувоенного
двадцатилетия на Западе эта страница хранила отблески более раннего
состояния буржуазной культуры -- того этапа, когда, за порогом декаданса в
его "мирной", романтической фазе, только начинали вырисовываться контуры
надвигавшейся вальпургиевой ночи модернизма, его крайних, судорожно
изменчивых форм.
К этому специфическому моменту рубежа между поэзией символизма конца
предыдущего века и атакой авангардизма XX столетия, между закатом
пресловутой "прекрасной эпохи" сытой буржуазной Франции "fin de siиcle" и
более поздними стадиями упадка целиком относится поэзия Валери. Все его