Поль Валери. Об искусстве -
6 >
форме, сохранили притягательную силу прообраза для литературы такого рода и
в наши дни, как можно судить по комментариям и принятым трактовкам этого
труда Валери на Западе. Спекулятивный замысел молодого Валери не был
порожден интересом к теории изобразительного искусства. Его трактат был
мировоззренческим исповеданием веры, зеркалом погружения автора в сферу
математических, логических, естественнонаучных штудий. Невозмутимо
серьезный тон и абстрактный язык этой умозрительной экзегезы были под стать
претензии молодого мыслителя -- охватить и выразить духовные основы
творческого акта, законы и отношения искусства и познания.
Тогда же он пишет "Вечер с господином Тэстом" -- парадоксальный
портрет воображаемого персонажа, некоего "чудовища интеллектуальности и
самосознания", замкнутого в собственном непроницаемом мире, -- своеобразный
недосказанный комментарий к "болезни века", исходу целого мира искусства,
будь то символизм в поэзии или импрессионизм в живописи, содержащий немалую
долю самоотрицания и скрытой иронии автора над собой, своими маниями и
кумирами, быть может даже (по догадкам некоторых критиков) над такими
фигурами, как Малларме или Дега. (Первое предположение Валери решительно
отвергал. )
Опубликованные в журналах узких литературных котерий, эти произведения
в свое время не привлекли к себе внимания. Однако они, как оказалось
впоследствии, знаменовали собой важный духовный этап -- прощание Валери с
литературными увлечениями и прегрешениями юности. За несколько лет до начала
нового века он надолго расстается с писательством -- и с поэзией и с прозой
-- в пользу интеллектуальной дисциплины точных и естественных наук.
Начинается период "молчания", период непрекращающейся работы саморазвития,
которая выливается в ежедневные записи в личных тетрадях. "Я работаю для
кого-то, кто придет потом", -- заносит он в тетрадь уже в 1898 году. Эта
огромная внутренняя черновая работа -- необычная замена принятых форм