Поль Валери. Об искусстве -
7 >
литературной активности -- не прекращалась всю жизнь, до самой смерти
писателя. Она частично увидела свет только в недавнее время и еще ждет своих
исследователей.
Между тем для современников литературное молчание Валери продолжалось
по меньшей мере два десятилетия. Все это время он поддерживает прежние связи
в литературных кругах, где ценят его ум и взыскательность, хотя, быть может,
и побаиваются интеллектуального превосходства, смягчаемого, правда,
обаянием скромности и простоты в обращении с другими. К этим связям
добавляются новые -- в артистических кругах, среди живописцев и знатоков
искусства. Семья инженера и известного коллекционера Анри Руара, чьи сыновья
были близкими друзьями Валери, а дом -- одним из гнезд художественной жизни
Парижа на пороге нового века, ввела Валери в среду последних представителей
поколения импрессионистов. Он сам прилежно рисовал и гравировал. В 1900
году, женившись, Валери вошел в семью родных и наследников известной
художницы Берты Моризо, принадлежавшей к более раннему кругу соратников
главы школы -- Эдуарда Мане. Он встречался по-домашнему с Дега, знал лично
Ренуара и других мастеров тогдашней парижской школы, и живая память этих
встреч воскресает на многих страницах позднейшей прозы Валери.
Свою жизненную проблему Валери решает по-своему: он поступает на
службу, сначала в одну из канцелярий военного министерства, затем в
информационное агентство Гавас, где двадцать два года подряд выполняет
обязанности личного помощника одного из директоров-администраторов
агентства. Эта служба, оставлявшая много времени для личных занятий,
позволяла ему находиться в курсе мировых событий, что в какой-то мере
удовлетворяло его склонностям моралиста-созерцателя.
Надо было разразиться исторической буре XX века -- первой мировой
войне, чтобы вывести Валери из найденного им искусственного состояния
равновесия. Оказавшись в годы войны где-то в стороне от драмы века, не