Поль Валери. Об искусстве -
8 >
призванный по возрасту на фронт, Валери неожиданно для самого себя
углубляется в свои старые поэтические опыты двадцатипятилетней давности и,
более того, обдумывает новые.
В чем состояла связь между событиями века и возвращением Валери к
поэзии? Ответ на этот вопрос не лежит на поверхности, и к нему стоит еще
вернуться. По настоянию друзей, которые давно убеждали его переиздать стихи
своей юности, он наконец занялся их пересмотром, но тем временем создал
новую поэму.
Так родилась "Юная Парка" (1917) -- пятьсот с лишним александрийских
стихов, чудо классической просодии, где музыкальные "модуляции" и наития на
грани сновидений сплетаются с фантазиями ума и предания, с тревожным
диалогом разума и чувственности в единую ткань некой "интеллектуальной
поэзии". "Представьте себе, -- объяснял он позднее, -- что кто-то
просыпается среди ночи и что вся жизнь пробуждается и говорит сама с собою и
о себе... ". Трудночитаемая поэма, признавался Валери; но "ее темнота
вывела меня на свет", шутил он, имея в виду ее нежданный успех и тот ореол,
каким она окружила его имя в литературной среде послевоенных лет.
Теперь Валери на время всерьез становится поэтом. Возвратившись на
какой-то момент к своим символистским истокам, он переиздает в несколько
обновленном виде два десятка из числа своих стихотворений начала 90-х годов
("Альбом старых стихов"). Тогда же, в течение каких-нибудь четырех лет
(1918-- 1921), создаются и сразу публикуются в журналах новые, самые
значительные произведения лирики Валери, которые вскоре образуют сборник
"Charmes" (1922). Это заглавие обычно переводится "чары" или "заклятия" --
по словарному значению французского слова; однако здесь оно выходит за рамки
такого смысла. В заглавии цикла преобладает этимологический оттенок: charme
от латинского carmen, то есть песнь, поэма, стихи. Не случайно сборник в
некоторых прижизненных изданиях назывался "Чары, или Поэмы" и был снабжен